Двойственная роль интернет-среды в контексте суицидального поведения

Османова Ольга Михайловна,
Маркина Лилия Флоридовна
ГАПОУ СО "Екатеринбургский энергетический техникум", Уральский федеральный университет имени первого Президента России Б. Н. Ельцина

Аннотация: статья посвящена исследованию влияния интернет-среды на психическое здоровье молодежи, с особым акцентом на суицидальное поведение. В статье рассматриваются когнитивные, эмоциональные и поведенческие аспекты, способствующие формированию деструктивных паттернов мышления и повышению риска суицидальных мыслей, делается вывод о необходимости комплексного подхода к поддержке молодежи в условиях цифровой эпохи, чтобы снизить риск суицидального поведения и способствовать психическому благополучию.
Ключевые слова: интернет-среда, психическое здоровье, молодежь, суицидальное поведение, кибербуллинг, восприятие реальности, когнитивные аспекты, эмоциональные аспекты, поведенческие аспекты, деструктивные паттерны мышления, цифровая грамотность, профилактика, безопасные пространства.

Интернет-среда, являясь неотъемлемой частью современной социальной реальности, оказывает многоплановое влияние на психологическое состояние и поведение личности, включая суицидальные проявления. С одной стороны, цифровое пространство выступает ресурсом поддержки, самораскрытия и эмоциональной компенсации, способствуя снижению чувства одиночества и отчуждения. С другой стороны, анонимность и неконтролируемость сетевых взаимодействий создают условия для распространения деструктивного контента, нормализации суицидального поведения и формирования опасных онлайн-сообществ. Такая двойственность интернет-среды обусловливает необходимость её комплексного изучения как потенциального фактора риска и одновременно значимого ресурса психологической помощи и профилактики суицидального поведения.

Развитие информационно-коммуникационных технологий и глобальное распространение интернета создали новые формы социальной активности, однако вместе с тем обусловили возникновение специфических рисков, связанных с влиянием виртуальной среды на психическое здоровье человека. Одним из наиболее острых и социально значимых проявлений этих рисков является воздействие интернет-контента на суицидальное поведение, особенно среди подростков и молодёжи. Виртуальное пространство, обеспечивая анонимность, свободу выражения и неограниченный доступ к информации, может становиться не только площадкой для самораскрытия и поддержки, но и источником деструктивного влияния, способствующего формированию и закреплению суицидальных установок.

Исследователи отмечают, что интернет в силу своей специфики способен не только отражать, но и усиливать кризисные состояния личности, оказывая воздействие на её когнитивно-эмоциональную сферу. Демдоуми Н. Ю. и Денисов Ю. П. в работе «Контент смерти»: проблема пропаганды суицида в русскоязычном интернете подчёркивают, что онлайн-пространство содержит значительное количество материалов, прямо или косвенно пропагандирующих самоубийство [1]. По мнению авторов, особую опасность представляют сетевые сообщества, где обсуждаются способы совершения суицида, романтизируется смерть и формируется ложное представление о ней как о способе выхода из трудной жизненной ситуации. При этом публикации подобного рода нередко маскируются под художественные, философские или психологические тексты, что затрудняет их идентификацию и блокировку.

Демдоуми Н. Ю. и Денисов Ю. П. отмечают, что наиболее уязвимой категорией пользователей являются подростки, для которых характерны эмоциональная нестабильность, повышенная внушаемость и потребность в признании [2]. Для них интернет часто выступает пространством поиска идентичности и самоутверждения, где формируется ощущение сопричастности, пусть даже в рамках деструктивных групп. В этом контексте феномен «контента смерти» выполняет функцию символического объединения участников, способствуя формированию особого субкультурного дискурса, в котором смерть теряет трагичность и наделяется эстетизированными смыслами. Следовательно, интернет может не только отражать внутренние переживания пользователя, но и усиливать их за счёт воздействия информационных стимулов, которые формируют когнитивные и эмоциональные искажения в восприятии жизни и смерти.

Проблему деструктивного контента в социальных сетях и её связь с подростковой суицидальностью подробно рассматривает Пучнина М. Ю. [3]. Автор подчёркивает, что в виртуальной среде создаются своеобразные квазисоциальные сообщества, функционирующие по принципу эмоциональной взаимной поддержки, но при этом формирующие толерантность к идее саморазрушения. Подобного рода сообщества используют психологические механизмы вовлечения – эффект принадлежности, групповую идентификацию, эмоциональную эмпатию – для удержания участников и постепенного смещения их мировоззренческих установок. В результате происходит нормализация тематики суицида и снижение внутреннего барьера по отношению к акту самоуничтожения.

Пучнина М. Ю. отмечает, что особенно опасными являются практики, направленные на активное стимулирование кризисных состояний участников, такие как обсуждение способов самоповреждения, демонстрация последствий самоубийств, использование символики смерти [3]. Подобный контент воздействует на когнитивно-оценочную сферу личности, формируя ощущение предопределённости и безысходности, что может стать катализатором суицидальных мыслей и действий. При этом анонимность и иллюзия безопасности в сети создают ложное ощущение контроля, усиливающее вовлечённость в опасные коммуникации.

Сходных позиций придерживаются Фетисова Т. А. и Ключко Е. И., которые рассматривают интернет как фактор, опосредующий воздействие социальных, психологических и культурных детерминант на суицидальное поведение молодёжи. По мнению авторов, цифровая среда выступает не только каналом распространения информации, но и активным участником формирования смысловых конструктов личности. Интернет-коммуникация способствует трансформации представлений о жизни и смерти, задаёт новые стандарты самооценки, отношения к боли, страданию и социальной значимости. Фетисова Т. А. и Ключко Е. И. подчёркивают, что постоянное сравнение себя с другими пользователями, культивирование идеализированных образов и успеха усиливают чувство несоответствия, неуверенности и внутренней пустоты, особенно у молодых людей с низкой самооценкой и неустойчивой идентичностью.

Важно отметить, что интернет-среда обладает свойством виртуального усиления эмоций, когда переживания, выраженные и поддержанные в онлайн-группах, приобретают большую интенсивность, чем в реальных социальных взаимодействиях. Данное явление только усиливает эффект «эмоционального заражения», при котором негативные чувства (тревога, отчаяние, агрессия) передаются от одного участника к другому, формируя коллективные состояния деструктивной направленности. В сочетании с избыточным информационным воздействием это создаёт условия для закрепления деструктивных когнитивных схем и формирования устойчивых суицидальных установок.

Международные исследования также подтверждают наличие связи между интернет-активностью и суицидальными тенденциями. Так, Memon A. M. и соавторы в систематическом обзоре выделяют несколько ключевых механизмов, посредством которых социальные сети могут способствовать проявлениям самоповреждения и суицидального поведения [4]. Во-первых, это социальное сравнение, приводящее к формированию чувства неполноценности и снижению самооценки. Во-вторых, экспозиция деструктивного контента, включая изображения, тексты и видеоматериалы, которые зачастую выступают триггерами для лиц, находящихся в кризисном состоянии. В-третьих, вовлечение в онлайн-группы, где обсуждаются суицидальные темы, способствует нормализации саморазрушительных установок и затрудняет поиск конструктивных способов преодоления проблем.

Memon A. M. и коллеги отмечают, что воздействие интернет-среды неоднородно: оно определяется индивидуальными особенностями пользователя, уровнем социальной поддержки и наличием предшествующих психических расстройств [4]. Наиболее уязвимыми оказываются подростки и молодые взрослые, для которых интернет является ведущим каналом общения и самовыражения. Для этой группы риск возрастает в условиях социальной изоляции, буллинга, семейных конфликтов и недостаточной эмоциональной вовлечённости со стороны значимых других.

Таким образом, интернет может рассматриваться как амфиболический феномен, сочетающий в себе как риск, так и потенциал для помощи. Его деструктивное воздействие проявляется в трёх взаимосвязанных направлениях:
1. когнитивном — искажении восприятия реальности, нормализации идей саморазрушения;
2. эмоциональном — усилении чувства одиночества, безысходности и социальной изоляции;
3. поведенческом — формировании устойчивых суицидальных паттернов и снижении мотивации к поиску помощи.

Несмотря на значительный объём исследований, посвящённых деструктивному воздействию интернет-среды, нельзя рассматривать её исключительно как источник суицидального риска. Наряду с просуицидальным контентом и виртуальными сообществами, ориентированными на саморазрушительное поведение, в цифровом пространстве существуют мощные ресурсы, направленные на поддержку, профилактику и формирование антиссуицидальных установок. Интернет способен выполнять функции психологической самопомощи, социального сопровождения и просвещения, тем самым превращаясь в инструмент снижения суицидального риска при грамотном и осознанном использовании.

Кабизулов В. С. одним из первых систематизировал просоциоцентрические и антиссуицидальные факторы интернет-среды, подчёркивая, что она является полем не только опасных, но и конструктивных психологических влияний [5]. К антиссуицидальным факторам автор относит: наличие онлайн-сообществ, предоставляющих поддержку лицам, находящимся в кризисных состояниях; развитие цифровых сервисов психологической помощи (чатов доверия, горячих линий, консультационных платформ); распространение позитивного и профилактического контента. Интернет, по мнению Кабизулова В. С., формирует условия для социальной инклюзии — предоставления пользователям с разными психологическими особенностями возможности безопасного самовыражения и получения обратной связи, что снижает уровень отчуждения и одиночества.

Кабизулов В. С. также отмечает, что антисуицидальный потенциал интернет-среды реализуется через когнитивно-смысловые и эмоциональные механизмы, способствующие формированию у пользователей представлений о ценности жизни, личной значимости и возможности преодоления трудностей. В данном контексте особое значение имеет контент, транслирующий позитивные жизненные сценарии, истории успешного выхода из кризиса, а также просветительские проекты, направленные на развитие эмоциональной грамотности и навыков саморегуляции.

Проблему профилактики суицидального поведения в онлайн-пространстве рассматривает также Любов Е. Б., подчёркивая необходимость формирования ответственной медиасреды, способной не только фильтровать деструктивные материалы, но и активно продвигать антисуицидальные сообщения [6]. Автор обращает внимание на противоречие между свободой самовыражения в сети и этической ответственностью за распространение информации, связанной с самоубийством. По мнению Любов Е. Б., создание специализированных профилактических платформ, обучение модераторов и блогеров основам суицидологической компетентности, а также интеграция психологических служб в социальные сети существенно повысят эффективность превентивных мер.

Особое значение, по мнению Любов Е. Б., имеет интерактивность онлайн-коммуникации, позволяющая пользователю не просто читать или смотреть контент, а вступать в диалог, получать эмоциональный отклик и поддержку в режиме реального времени [32], что особенно важно для подростков и молодых людей, которые часто не обращаются за помощью в традиционные психологические службы, но готовы взаимодействовать с виртуальными источниками поддержки. Следовательно, интернет может стать первым звеном в цепочке оказания психологической помощи и посредником между кризисным состоянием и обращением за профессиональной поддержкой.

Исследование Brailovskaia J., Schlack R. и Margraf J. демонстрирует, что использование социальных сетей может иметь положительное влияние на психическое здоровье, если сопровождается позитивным социальным взаимодействием и эмоциональной поддержкой [34]. На примере выборки российских женщин авторы показали, что умеренная и осознанная интернет-активность способствует снижению депрессивных симптомов и повышению уровня субъективного благополучия. При этом решающим фактором является не количество времени, проведённого онлайн, а качество взаимодействия – наличие доброжелательных связей, конструктивного общения и эмоциональной вовлечённости в позитивные сетевые сообщества.

Результаты Brailovskaia J. и соавторов [7] подтверждают, что интернет выполняет функцию психосоциального буфера, помогая пользователям снизить уровень тревожности и депрессии через общение, взаимную поддержку и участие в социальных инициативах. Особенно важно, что интернет-среда минимизирует стигматизацию лиц, переживающих психологический кризис, предлагая им анонимные формы взаимодействия, где помощь воспринимается менее угрожающе и более доступно.

В целом можно констатировать, что интернет-среда, обладая мощным коммуникативным и смыслообразующим потенциалом, способна выполнять антиссуицидальную функцию, если её ресурсы используются в гуманистическом и профилактическом направлении. Основные механизмы реализации этого потенциала включают:
1. Предоставление социальной поддержки и сопричастности пользователям, находящимся в кризисе;
2. Развитие цифровых сервисов психологической помощи и мониторинга рисков;
3. Формирование позитивного и смыслового онлайн-контента;
4. Укрепление медиаграмотности и ответственности пользователей за распространение информации.

Комплексный анализ исследований позволяет заключить, что интернет может быть не только пространством риска, но и ресурсом психологической устойчивости, обеспечивая пользователю возможность самопомощи, идентификации и включённости в поддерживающие сообщества.

Таким образом, интернет-среда обладает двойственной природой в контексте суицидального поведения. С одной стороны, она способна усилить кризисные состояния, предоставляя доступ к деструктивному контенту, нормализующему идеи саморазрушения, и формируя среду, в которой суицидальное поведение получает эмоциональное подкрепление. С другой стороны, при осознанном и целенаправленном использовании, интернет становится мощным антиссуицидальным ресурсом, обеспечивающим эмоциональную поддержку, профилактику, информирование и раннее выявление риска. Следовательно, задача современной психологии и социальной практики заключается не в ограничении интернет-активности, а в её осмысленной регуляции и интеграции в систему психопрофилактических и реабилитационных мер, направленных на сохранение жизни и укрепление психологического благополучия личности.

Проведенный теоретический анализ подтвердил, что интернет-активность является значимым психологическим феноменом, способным оказывать комплексное влияние на личностные ресурсы подростков. Установленная двойственная природа цифровой среды, выступающей как источником риска, так и потенциальным ресурсом поддержки, обусловила необходимость эмпирической верификации ее антисуицидального потенциала. В связи с этим, центральной задачей следующего этапа работы стало эмпирическое исследование, направленное на выявление конкретных взаимосвязей между особенностями интернет-активности, уровнем суицидального риска и выраженностью антисуицидальных факторов у подростков, таких как оптимизм, самопринятие, социальная поддержка и удовлетворенность жизнью.

Список литературы:
1. Отамуратов Р. У. Психологические характеристики эмоционального интеллекта городских и сельских пользователей Интернета // Психолог. 2024. №. 6. С. 105-117.
2. Демдоуми Н.Ю., Денисов Ю.П. «Контент смерти»: проблема пропаганды суицида в русскоязычном интернете // Современные проблемы науки и образования. 2013. № 4. С. 373.
3. Пучнина М.Ю. Деструктивная деятельность в социальных сетях и подростковая суицидальность // Russian Journal of Deviant Behaviour. 2023. № 3(1). С. 103–110
4. Memon A.M., Taylor J., Mohebbi M., et al. The role of online social networking on deliberate self-harm and suicide: a systematic review // PLoS ONE. 2018. Vol. 13, №12.
5. Кабизулов В.С. Просуицидные и антисуицидальные факторы информационной сети Интернет // Клиническая и медицинская психология: исследования, обучение, практика: электрон. науч. журн. 2013. № 1 (1). URL: http://medpsy.ru/climp (дата обращения: 05.10.2025).
6. Любов Е.Б. Интернет и самоповреждения подростков: кто виноват — что делать // Научно-практический журнал. 2019. Т. 10, № 3(36). С. 3-9.
7. Boggs J.M., Robinson J., Spangenberg K., et al. A critical review of text-mining applications for suicide research // Suicide and Life-Threatening Behavior / Europe PMC (open access review). 2022. URL: https://europepmc.org/article/med/35911089 (Дата обращения: 10.10.2025).